Мотофорум УПЫРИ.орг - Подъём Штуга

Вера

--------------------------------------------------------------------------------
Весь период блокады в осажденном Ленинграде действовали десять православных храмов. К настоящему времени это уже описано в научной литературе и отражено в музейных экспозициях. Но свой вклад в оборону Ленинграда внесли и закрытые в 1930-е годы церкви. В подвальных помещениях ряда храмов (например, Спасо-Преображенского собора) были устроены бомбоубежища. Под Казанским собором в период блокады находился детский сад и одно время – отдел штаба Ленинградского фронта. Многие храмы использовались для хранения культурных ценностей. Так, Сампсониевский собор был занят филиалом Эрмитажа, Крестовоздвиженскую церковь занимало фильмохранилище, Старо-Афонское подворье и Новодевичий монастырь – архивы, Владимирскую церковь – филиал Публичной библиотеки и т.д. Особенно много музейных коллекций было размещено в Исаакиевском соборе в надежде на то, что германские войска, считая его гигантское здание ориентиром, не будут специально пытаться уничтожить храм. Этот расчет оказался правильным: за весь период блокады в собор не было прямого попадания бомб или снарядов, и бесценные коллекции уцелели[1].
Целый ряд церковных зданий выполнял функции, связанные с патриотическим воспитанием жителей города и бойцов Ленинградского фронта. При этом особенно значительную роль играл собор Казанской иконы Божией Матери на Невском проспекте. Уже в 1938 году, к 125-летию со дня кончины погребенного в соборе фельдмаршала М.И. Кутузова, могила великого полководца была вновь украшена привезенными из московского Исторического музея трофейными французскими знаменами и ключами от городов и крепостей, взятых в ходе заграничного похода русской армии в 1813 году.
На площади перед Казанским собором у памятников полководцам Отечественной войны 1812 года М.И. Кутузову и М.Б. Барклаю де Толли давали клятву уходившие на защиту Ленинграда воины и ополченцы. Для этой цели памятники, в виде исключения, не были закрыты мешками с песком. Одновременно воины посещали расположенную в соборе могилу фельдмаршала М.И. Кутузова и возлагали на нее цветы. В архивах имеются фотографии, запечатлевшие эту церемонию
Большую роль в патриотическом воспитании играла и Александро-Невская лавра. С началом Великой Отечественной войны комплекс зданий лавры сразу стал использоваться для военных целей. Первоначально, в конце лета – осенью 1941 года, на территории монастыря был устроен укрепленный район с девятью опорными боевыми точками. В случае прорыва германских войск в эту часть города укрепрайон должен был защищать отряд тов. Стодолина, передний край обороны которого проходил бы по линии Обводного канала[3]. По воспоминаниям одной из бывших блокадниц, огневая точка была устроена даже в помещении ее квартиры в угловом здании лавры, выходившем на набережную Невы. В Федоровском корпусе вблизи Троицкого собора разместилось бомбоубежище, а большая часть самого собора оказалась занята под воинский склад, причем одно время в нем хранили и боеприпасы.
В конце 1941 года в части лаврских зданий разместился приемно-распределительный госпиталь № 1. Сюда в обязательном порядке поступали все больные и раненые военнослужащие, прежде чем попасть в какое-либо другое лечебное учреждение. В приемно-распределительном госпитале врачи оказывали первую медицинскую помощь, осуществляли диагностику и сортировку раненых и больных и направляли их затем в соответствующие лечебные учреждения. В функции врачей и медсестер также входило выявление «самострелов» и симулянтов; имелся в госпитале и штат политработников, которые изучали письма бойцов родным.
Обращение в ходе войны к русским патриотическим, в том числе православным церковным, традициям играло чрезвычайно важную роль в обороне Ленинграда. Достаточно упомянуть тот факт, что с городом на Неве была тесно связана жизнь, деятельность или история захоронений знаменитых русских полководцев: А.В. Суворова, М.И. Кутузова, Ф.Ф. Ушакова, святого князя Александра Невского, в честь которых учредили ордена в советских вооруженных силах (так, орден Александра Невского был учрежден 29 июля 1942 года по личному указанию Сталина). В Благовещенской церкви лавры находилась могила генералиссимуса А.В. Суворова, и в 1942 году было произведено ее художественное оформление.
В период блокады стал возможен доступ военнослужащих и горожан к некоторым святыням закрытых в первой половине 1930-х годов храмов лавры. Это вызвало ходатайства верующих об открытии их.
Существует церковное предание и о помощи небесных сил при обороне города Колпина. С XVIII века жителями этого города особенно почитался чудотворный образ святителя Николая, хранившийся в местном Свято-Троицком соборе. В 1937 году собор был закрыт, в начале августа 1941 года спецгруппа НКВД даже взорвала верхнюю часть его колокольни (тогда же подобные группы взорвали колокольни Владимирской церкви в Усть-Ижоре и Екатерининской в Царской Славянке). По мнению военного командования, они могли служить ориентиром для немецкой артиллерии. По одной из версий, образ святителя Николая Чудотворца перед самым закрытием собора был спрятан в надежном месте несколькими благочестивыми прихожанками. Во время войны многие старушки говорили, что, «пока Никола в городе, фашист в Колпино не войдет». Сообщая об этом, современный историк-краевед М.Ю. Мещанинов в своей книге отмечает: «Святитель Николай не оставил своей милостью наш город. Несмотря на свою мощь и силу, германская армия, практически молниеносно дошедшая до Колпина, была остановлена, и, несмотря на отчаянные попытки, не смогла прорвать оборону. Воистину угодник Божий любит сие место»
В целом же религиозный фактор сыграл существенную роль в обороне города. Действовавшие во время блокады православные храмы способствовали мобилизации материальных средств и духовных сил ленинградцев.